Мир тропиков

Суматра и на Яве. Вулканическая порода, выветриваясь, способствует образованию плодороднейших почв; реки же, берущие начало в вулканических горах, несут много ценных минеральных веществ. Очень высокая плотность населения о. Ява в противоположность очень слабой заселенности о. Борнео стала возможной благодаря тому, что поверхность Явы примерно на 'Л сложена из молодых вулканических пород. Извержение вулкана Кракатау в 1883 г. было одним из крупнейших бедствий, вызванных такого рода взрывом. Море островов служит как бы мостом между крупнейшим и самым малым континентами земного шара. Филиппины образуют связующее звено с восточно-азиатскими островными группами, а Новая Гвинея- с островами Тихого океана. В юго-западном направлении, напротив, недоступные берега, скверные гавани и прежде всего огромный, раскинувшийся на тысячи миль Индийский океан создавали серьезнейшие препятствия.
Экватор проходит посередине архипелага, рассекая и Суматру и Борнео примерно на две равные части. Почти вся островная область находится в пределах тропического пояса, не выходя на севере за пределы 8° с. ш. и на юге лишь слегка переходя десятую параллель южной широты.
Экваториальное положение определяет, естественно, в основных чертах единообразие погоды и климата. Высокие температуры, подверженные лишь слабым колебаниям в пределах года и суток, незначительные различия.

Немалая вина за бедствия, вызываемые в тропиках болезнями, лежит на европейских торговцах и колонистах, подорвавших жизненные устои туземцев двумя «злосчастьями» нетропического происхождения: венерическими болезнями и водкой. В этом преступлении виноваты все империалистические колониальные державы. Если медики всего мира и ведут сейчас наступление на тропические болезни и уже во многих отношениях оказали заметную помощь коренному населению, то эта помощь не компенсирует и тысячной доли ущерба, нанесенного европейскими империалистами. Оказание медицинской помощи туземному населению было вызвано отнюдь не побуждениями совести, а необходимостью сохранить туземцев как здоровую рабочую силу. Исключения типа деятельности Альберта Швайтцера, построившего и содержавшего на свои средства целый госпиталь в дремучем девственном лесу, крайне редки и не меняют общую картину.
Описание тропического девственного леса невозможно представить себе без упоминания, по крайней мере, наиболее распространенных тропических заболеваний. Их описание, естественно, будет неполно, что вполне отвечает основной задаче книги - дать лишь самую общую характеристику условий и проблем тропического девственного леса, а тех, кто почувствует особый интерес к этим вопросам, побудить к более глубокому их изучению.
Распространение малярии отнюдь не ограничивается лишь влажно-жаркой зоной тропических лесов. Она встречается во всех теплых странах, особенно там, где есть заболоченные области, «выделяющие ядовитые испарения». Малярия в переводе с итальянского (mala aria) означает плохой воздух. Многочисленные наименования, под которыми она известна (холодная лихорадка, лихорадка джунглей, перемежающаяся лихорадка, болотная лихорадка, батавийская лихорадка, климатическая лихорадка, тропическая лихорадка, прибрежная лихорадка и др.), говорят о ее широкой распространенности на всем земном шаре. Из-за малярии целые районы земного шара являются почти необитаемыми. В эндемичных районах ее распространения жертвами малярии ежегодно становятся сотни тысяч людей.
Стэнли следующим образом описывал приступ лихорадки. Первыми признаками наступающей малярии являются запор и сильная усталость, чрезвычайная сонливость и постоянная склонность к зевоте. Язык становится желтоватым, с почти черным оттенком, зубы также желтеют и покрываются дурнопахнущей пленкой. Глаза светлеют и становятся водянисто-блестящими. Это верные признаки лихорадки, которая, скоро охватит все тело. Иногда ей предшествует сильный озноб, во время которого больной, даже если его покрыть множеством одеял, ощущает смертельный холод.

Лишь в Индийской области субтропики и тропики оказались в живой взаимосвязи друг с другом. Но и здесь сплошные тропические леса, расположенные между мангровыми зарослями побережий и дикими горными хребтами, оказались фактором, препятствующим развитию цивилизации. Все же Малайский архипелаг оказался в более выгодном положении по сравнению с двумя остальными районами распространения тропического девственного леса. Леса по Конго и Амазонке расположены как бы в огромных чашах, занимающих огромные площади. В Амазонии эти леса тянутся примерно на 3 тыс. км с востока на запад и на '2 тыс. км с севера на юг. Напротив, тропические леса на крупнейших островах архипелага - Борнео и Новой Гвинеи - имеют всего лишь от 200 до 300 км в поперечнике, а на Суматре и того меньше-100 км. На мелких островах площадь, занимаемая тропическим лесом сокращается еще более. Небольшие массивы тропического леса со всех сторон омываются здесь морем, а судоходные реки расчленяют их вплоть до глубинных районов.
Одну из своих статей великий русский путешественник и исследователь Николай Николаевич Миклухо-Маклай начинает словами английского естествоиспытателя Джона Лёбока: «Когда путешественник ругает или хвалит увиденные им места, то тем самым он больше характеризует самого себя, нежели то, что описывает». Это сказано по адресу тех естествоиспытателей, которые, рассматривая весь внеевропейский мир как некий зоологический сад, бродят по нему, любопытствуя и изумляясь, но не скрывая чувства собственного бесспорного превосходства. Миклухо-Маклай не принадлежал к этому типу путешественников. Он нисколько не удивился, когда туземцы одной из деревень Новой Гвинеи встретили его не слишком приветливо и даже, пожалуй, хмуро и мрачно, как бы говоря: зачем он пришел нарушить их спокойную жизнь? И ему самому становилось как-то неловко.
Миклухо-Маклай родился 17 июля 1846 г. в селе Рождественском вблизи города Боровичи, расположенном примерно на полпути из Москвы в Ленинград. После преждевременной смерти отца-инженера семья постоянно нуждалась. Исключенный из петербургской гимназии по неустановленным причинам, он в 17 лет становится вольнослушателем физико-математического факультета Петербургского университета. Спустя год он был, однако, отчислен из университета за «нарушение внутреннего распорядка» и лишен одновременно права поступления в какой-либо другой русский университет. Тогда Миклухо-Маклай поехал в Германию, в Иену, к Эрнсту Геккелю;
последний быстро обнаружил особое дарование Миклухо-Маклая, сделал его своим ассистентом и взял в 1866 г. в экспедицию на Канарские острова.

За достоверность мелких мозаичных частей отвечают, конечно, специалисты-ученые, мы же можем судить лишь об общей готовой картине.
На становлении человека - и еще более на сохранении видоизменений и на диференцированном дальнейшем развитии - не могли не сказаться крупные изменения в окружающей среде, ибо люди в течение геологически короткого отрезка времени в большом количестве распространились по всей земле. Роль этого внешнего фактора по ныне единодушному мнению сыграло наступившее повсеместно в третичном периоде похолодание климата, происходившее почти незаметно на протяжении миллионов лет.
В третичном периоде влажно-жаркий климат господствовал и в Европе, а обширные тропические первобытные леса покрывали весь материк вплоть до высоких широт. Вне тропических условий не удалось обнаружить ни одного родственного человеку существа, подобного человекообразным обезьянам. Распространение предков человека в третичном периоде также было ограничено пределами девственного леса. С похолоданием климата постепенно уменьшалась пышность растительности девственного тропического леса, в более высоких широтах лес становился разреженнее, пока постепенно зона его распространения не сократилась до нынешних границ. Появление субтропических «прогалин» в первобытном лесу вызвало настоящую революцию в условиях жизни. Растения и животные должны были приспособляться или погибать, вымирать; многие старые формы жизни были уничтожены в развернувшейся в невиданных до этого масштабах борьбе за существование, на их месте возникли многие новые формы. Нынешние тропические леса менее подвергались революционизирующему влиянию и поэтому меньше изменились. Так, некоторые старые виды растений и животных могли беспрепятственно существовать и далее. Ибо внешняя среда, оставшаяся неизменной, способствует сохранению тех форм жизни, которые приспособились к ней.

Доказано, что индейцы бассейна Амазонки являются пришлыми племенами. Ныне нетрудно даже восстановить пути их продвижения, тесно примыкавшие к руслам рек и имевшие конечной целью возвышенные, более сухие районы. Негры появились в бассейне Конго также лишь сравнительно поздно и тоже извне. Это нетрудно доказать, если учесть, что африканские первобытные племена селятся деревнями, состоящими из хижин, и занимаются обработкой земли мотыгой. Для лесных племен негров, возникших и развившихся в тропической чаще и ежедневно находивших «стол яств накрытым», сама мысль о сознательном возделывании каких-либо культур и заготовке припасов была бы просто чужда. Весьма показателен в этом отношении пример пигмеев, которых так и не удалось приучить к сельскохозяйственному производству, несмотря на все попытки и влияние негров. На Архипелаге все очаги более высокой цивилизации также были созданы племенами, пришедшими из других районов, и находятся в более сухих, разреженных и большей частью возвышенных местах.
Доказать приход карликовых племен извне в тропический девственный лес пока, правда, невозможно, ибо уж слишком скуден материал, даваемый для этого их культурой и языком. Их жизненные функции настолько зависят от условий окружающей среды, а их распространение столь ограничено коренными районами тропического девственного леса, что остается предположить, что карликовые племена появились в тропическом лесу с незапамятных времен. Лишь из сравнения биологических признаков карликовых племен и родственных им живых существ можно заключить, что тропический девственный лес не является родиной пигмеев.
У колыбели человеческого рода
Если человек впервые появился не в тропическом девственном лесу, то где же тогда?
Абсолютно точного ответа на этот вопрос нет. Его и не может быть, поскольку нет прямых доказательств. В этой области мы вынуждены оперировать предположениями, догадками, гипотезами. Однако отдельные открытия привели, в конце концов, к созданию общей картины, мозаичные составные части которой столь безупречно подходили друг к другу, что давали основание уверенно заявить: да, именно так, а не иначе обстояло дело.

Заселены эти районы крайне редко и неравномерно. Одежда туземных обитателей, если она вообще существует, ограничивается обычно одной лишь набедренной повязкой из древесной коры, дополняемой часто подвесками из частей растений, шнуром, браслетом или ожерельем. В качестве оружия (даже у племен, находящихся на более высоких ступенях развития) служат только копье, стрело-метательная трубка, стрелы, лук и силки из волокон древесной коры. Для жилья сооружаются простейшие заслоны из согнутых ветвей и хижины, сплетенные из листвы и травы. Единственным орудием является зачастую лишь мотыгообразная палка, используемая, однако, не для земледелия, а для выкорчевывания корней и корнеплодов. Для доставки добычи домой употребляется иногда корзина, сплетенная из волокна древесной коры.
Ныне такое примитивнейшее состояние культуры можно обнаружить лишь в отдаленнейших и труднодоступных районах девственного леса. Однако можно думать, что оно сохранилось бы повсеместно в течение длительного времени, если бы не испытало толчка извне.
С другой стороны, некоторые тропические районы явились родиной очень высоких самобытных культур, как, например, инкская цивилизация в Андах. Наличие широкой сети дорог, пограничных крепостей, населенных пунктов и других сооружений свидетельствует о высоком уровне развития техники, общественной и духовной жизни. Характерно, что на соседние районы тропического девственного леса эта высокая цивилизация не оказала или почти не оказала никакого влияния.
Еще более тесное соприкосновение различных по уровню культур характерно для Малайского архипелага, где они порой занимают одни и те же районы. Очаги примитивнейшей культуры соседствуют здесь иногда с памятниками высокоразвитых культур прошлого. Так, например, на Яве рядом со свайными деревнями туземцев, состоящими из примитивнейших хижин, высятся руины великолепных индийских архитектурных сооружений.
Все это заставляет считать маловероятным, что великий скачок от животного к человеку мог произойти в тропическом девственном лесу. Еще менее вероятно предположение, что в девственном лесу когда-либо могла самостоятельно развиться высокая культура. Задерживающие и препятствующие развитию культуры факторы здесь настолько сильны, что проникшие или оттесненные сюда племена в большинстве случаев опускались на более низкую ступень развития.

Человеческому организму необходима «смешанная» пища. Однако, поскольку в девственном лесу, животные, мясом которых он мог бы питаться, либо отсутствуют, либо, скрываясь в кронах деревьев или в реках, недоступны для него, человек оказывается вынужденным потреблять в основном бедную питательными веществами растительную пищу. Органы пищеварения человека не приспособлены к такого рода пище, и этим объясняется возникновение вздутых животов у пигмеев и многих негров.
Гармонически соответствует климатическим условиям и вегетации растительности тропиков лишь равномерная рождаемость людей в течение всего года. В районах с другим климатом и с иным ритмом развития растительности появление потомства в значительной степени совпадает с временами года, наиболее богатыми пищей.
Для того чтобы быть человеком, недостаточно еще ходить на двух ногах, ибо это свойственно и некоторым другим живым существам. Исходя только из этого признака, пришлось бы признать, что наивысшую ступень развития достигли птицы, обладающие способностью передвигаться не только по земле, но и по воздуху. И тем не менее нашлись ученые, которые всерьез обсуждали этот вопрос. Передвигающийся на двух ногах человек лишь тогда становится настоящим человеком, когда он начинает сознательно относиться к окружающей среде, когда он в своих интересах вмешивается в жизнь природы, когда он, вооруженный им же самим изготовленными орудиями, подчиняет природу своей воле и создает свою культуру.
Остается исследовать еще вопрос о воздействии среды тропического девственного леса на развитие человеческой культуры.
Факторы, тормозящие развитие культуры
Прежде всего следует отметить, что существуют большие различия в культурном развитии отдельных областей экваториального тропического пояса. В некоторых обширных районах этой зоны - Амазонской низменности и бассейне Конго - вплоть до нашего времени сохранились очаги первобытной культуры.

Поэтому вполне естественно предположение, что там находится и колыбель человеческого рода. Наиболее благоприятны условия существования в тропическом лесу для большинства растений, менее благоприятны они для многих животных, особенно высокоорганизованных. А каковы они для человека?
Из всех живых существ, обитающих в тропическом лесу, человек наиболее развитое и высокоорганизованное, но именно он попадает в наименее благоприятные условия лишенного света и свежего воздуха нижнего яруса леса. Если не считать нескольких разновидностей толстокожих животных, обитающих преимущественно в окраинных зонах, и речных животных-амфибий, человек оказывается единственным крупным живым существом, обреченным на пребывание в условиях нижнего яруса леса. Все живые существа стремятся оттуда вверх, к свету и свежему воздуху. Какой же смысл при этих обстоятельствах отказываться от жизни на деревьях и менять благоприятные условия сушествования в верхних ярусах на мрак нижнего яруса? Отказ от лазающего образа жизни означал бы в условиях тропического леса непонятный регресс в процессе приспособления к окружающей среде.
Столь же неестественным, непрактичным и несоответствующим окружающим условиям было бы и выпрямление походки человека в условиях нижнего яруса тропического леса. В непроходимых лесных дебрях вертикальное положение туловища доставляло бы ему больше неудобств, нежели преимуществ. Наиболее приспособленными здесь
оказываются слон, устраняющий все препятствия на своем пути силой и массой собственного туловища, и змея, тонкое тело которой может проникнуть через малейшие отверстия в зарослях, но не человек, который подобно доске, поставленной торчком, натыкался бы на любое препятствие.
О «неестественности» вертикального положения человеческого корпуса лучше всего свидетельствует поведение тигра при его нападении на человека. Когда тигр нападает спереди, он обычно перепрыгивает через человека, после чего с «удивлением» обнаруживает, что за большим «фасадом» у человека ничего нет.
В условиях тропического девственного леса человек лишен специфической, свойственной ему пищи, составляющей необходимый элемент окружающей среды для любого живого существа или основу для возникновения и развития нового вида животных.

В дебрях девственного леса на о. Суматра, подобно пигмеям в лесах бассейна Конго, живут лесные племена кубу. Область обитания кубу ограничена, однако, почти исключительно глубинными районами леса, поэтому неудивительно, что более близко удалось познакомиться с ними лишь сравнительно поздно.
Условия существования в малайском девственном лесу, если учесть его сугубо морской климат и исключительную пышность растительности, представляются еще более враждебными для всякой цивилизации, нежели в бассейне Конго. При знакомстве с пигмеями мы убедились в том, что они полноценные люди, потому что они научились использовать девственный лес в своих интересах, хотя и пассивно. «Нетронутые» кубу, бежавшие от малайцев вглубь острова, имеют, правда, достаточное
представление о реальных условиях девственного леса для обеспечения своей жизни, но не более. Мышление понятиями развито у них очень слабо, им чужды представления о смерти и жизни, о страхе или демонах. Мертвый не может больше ни бегать, ни дышать, поэтому они просто оставляют его лежать, не испытывая никакого участия к нему, не ощущая при этом вообще никаких эмоций.
Одним из первых описал кубу Вильгельм Фольц. Робкие и пугливые, кубу обитают в необъятных лесах южной Суматры, их образ жизни мало чем отличается от звериного. Фольц утверждает, что жизнь кубу схожа с жизнью человекообразных обезьян: так же, как и те, они семьями кочуют по девственному лесу, останавливаясь на ночлег там, где их застигнет ночь; на земле они сооружают укрытие от ветра, а на дереве - гнездо. В случае смерти одного из близких кубу как ни в чем не бывало продолжают свой путь дальше, всецело занятые поисками пищи; перед опасностью они пугливо пасуют. От гиббонов их отличает, правда, способность наблюдения над природой и точные знания о ней, но это вряд ли возвышает кубу над гиббонами. Это «превосходство» скорее подавляет кубу, полагает Фольц, ибо гиббон, ведущий бессознательное и потому более радостное существование, счастлив уже тем, что он может пробираться по верхушкам высочайших деревьев ближе к солнцу и оглашать воздух своим пением; кубу же, робко прокладывающий свой путь сквозь чащу, обречен быть в сумраке нижнего яруса тропического леса

Опытный глаз сразу отличит его от первичного леса. Наземная растительность и подлесок достигают в таком лесу, правда, такой же пышности, как и в девственном, но составлены из других пород, деревья имеют менее значительный рост, а деревьев - гигантов большей частью нет. При некоторых обстоятельствах некогда столь плодородная лесная почва может окончательно утратить свои былые свойства и покрыться опасной травой аланг-аланг, вырастающей до высоты человеческого роста. В таком случае без содействия человека на этом месте никогда более не возникает лес. (Аланг-аланг относится к тому же роду саванных трав, что и Imperata cylindrica, с которой мы уже знакомы по Африке. Точнее говоря, аланг-аланг является малайским наименованием для травяной степи, однако теперь это выражение употребляется и для обозначения наиболее часто встречающейся там разновидности трав.)
На Яве настоящими лесами покрыт всего лишь 21% поверхности, на Суматре - 52%, на Борнео - 77%. Специалисты лесного дела высчитали, что из имеющихся сейчас 40 млн. га лесов на Суматре и Целебесе должна сохраниться по меньшей мере половина, чтобы предохранить эти острова от полнейшего обезлесения. Если сведение леса коренным населением будет продолжаться в том же темпе, как до сих пор, и вдобавок будет происходить расширение плантаций, то последние резервы окажутся исчерпанными приблизительно в ближайшие сорок лет. До тех пор необходимо превратить последних кочевников-«выжигателей» в оседлых земледельцев. Эти соображения имеют принципиальное значение для жизни населения указанных островов независимо от того, в чьих руках находится их судьба.
Реквизит девственного тропического леса
В целом для девственного леса Малайского архипелага характерно то же, что и для лесов на Конго и Амазонке: лианы, эпифиты, гигантские деревья с досковидными корнями, пальмы, пышнолиственный подлесок, воздушные корни, кажущаяся бедность цветочного и животного мира, бабочки, москиты, мухи, сумрак и безветрие, разлагающиеся деревья и запах гнили, а в илистых прибрежных водах мангровая и болотная растительность.
И тем не менее здешняя растительность и животный мир далеко не представляют столь цельной картины, которая в большей или меньшей степени характерна для Амазонской низменности или для бассейна Конго. По своему характеру весь архипелаг представляет скорее смешанную азиатско-австралийскую область, своеобразие которой объясняется особенностями геологического развития. Западная половина с островами Суматра, Ява, Борнео и находящимися между ними мелкими морями образует сплошную «Зондскую зону», прочно связанную с! Индокитаем; на востоке «Захульская зона» простирается от Австралии через Новую Гвинею до северо-восточных Молуккских островов. Между ними находится «переходная область», включающая о.